Oma ja võõras toit: 1944. aasta pagulaste toidukogemused ERMi allikate põhjal

Artikli avamiseks täies mahus vajuta paremas veerus asuvale nupule PDF.

  • Riina Reinvelt

Abstract

Our Food and Theirs: The 1944 Émigrés’ Food Experience Based on Estonian National Museum Sources

Своя и чужая еда: связанный с едой опыт беженцев 1944 года на базе источников ЭНМ

In the summer and autumn of 1944, as the Soviet front drew nearer, thousands of Estonians fled across the Baltic Sea to Finland, Sweden and Germany. The total number of those who fled has been estimated at 70,000–90,000 people. Of them, 50,000 Estonians made it to Germany and 28,000 Estonians to Sweden. Later a number of them emigrated further to the US, Canada, Australia and England. In their new adopted homes, the émigrés encountered unaccustomed food ingredients, dishes and food preparation methods. These items varied slightly in all countries, but a theme that was a constant for émigrés when they wrote or talked about their experiences with food was the lack of Estonian-type foods. In the context of people’s everyday expectations and practices, this meant a cultural clash between the habitual practices they carried with them when they became refugees and the experiences in their new homelands.
The lack of Estonian food in the local food culture led to the need to prepare the dishes themselves – both everyday staples (such as bread and sauerkraut) and fare associated with special occasions and holidays (head cheese or sült, the beet and potato salad called rosolje and the sweet fruited bread kringel). The food preparers were mainly women, and women also typically also hold a regular job to earn a living for the family.
The first generation of émigrés saw Estonian-style food as the food of their homeland, which fostered a direct link to the home they had left; attitudes toward it became increasingly nostalgic. For the first generation of descendants of the émigrés, the flavours and food experiences are a part of home, environment and childhood memories.
On the basis of the interviews and answers on questionnaire forms in the museum archive as well as the experiences gained in field work, we can conclude that in everyday practice, Estonian-style food is one of the most vital anchors of identity for émigré Estonian communities. The preparation of Estonian foods, the seeking out of such food from stores and consumption of Estonian food remains for the Estonian diaspora a way to identify as Estonian and adapt into the community of Estonians in their country of location.

Резюме Рийна Рейнвелт
Летом и осенью 1944 года, спасаясь от наступающих советских войск, через Балтийское море в Финляндию и Швецию бежали тысячи эстонцев. Предполагается, что количество перебравшихся во время Второй мировой войны на запад составляет 70 000–90 000 человек, из них в Германию прибыло примерно 50 000 и в Швецию около 28 000 эстонцев. Впоследствии эстонцы переселялись в США, Канаду, Австралию и Англию. В новых местах поселений беженцы столкнулись с непривычными продуктами питания, блюдами и способами приготовления пищи. В каждом месте блюда немного отличались, но рассказывая или описывая свое первое впечатление от еды всегда сетовали на отсутствие эстонской еды. В контексте повседневных ожиданий людей и практик это означало культурное столкновение между взятыми с собой с родины привычками и опытом, полученным в новых местах поселения.
Отсутствие в местной культуре питания привычной эстонской еды привело к необходимости самим готовить как повседневную еду (напр., хлеб, квашеная капуста), так и связанные с праздничными событиями блюда (напр., холодец, розолье, крендель). Большей частью еду готовили женщины, которые в то же время, работая, зарабатывали средства к жизни.
Для первого поколения беженцев эстонская еда означала еду, которую ели на родине, создающую прямую связь с оставленным домом, отношение к которому становилось все более ностальгическим. Для членов следующего поколения беженцев вкусы и связанные с едой впечатления являются частью дома, среды и детских воспоминаний.
На базе имеющихся в архивах музея интервью и ответов на анкеты, а также полученного в ходе экспедиционных работ опыта, можно сделать вывод о том, что эстонская еда в повседневной практике общин зарубежных эстонцев является одним из самых жизнеспособных якорей идентитета. Приготовление эстонской еды, покупка по возможности в магазинах и употребление ее в пищу остается и по сегодняшний день для живущих за границей эстонцев одной из возможностей идентифицировать себя в качестве эстонцев и адаптироваться в эстонскую общину страны проживания.

Published
2019-01-26