Pererahvas ja puhkajad. Pärnu nõukogudeaegne suvituselu majutajate silme läbi

Artikli avamiseks täies mahus vajuta paremas veerus asuvale nupule PDF.


  • Anu Järs


Hosts and holidayers. Summer tourism in Soviet-era Pärnu as seen through the eyes of unofficial accommodation providers

Владельцы жилья  и отдыхающие. Летний отдых в Пярну в советское время глазами владельцев жилья

The article looks at daily life in the Estonian resort city of Pärnu from the 1960s to the 1980s from the perspective of people who provided lodging for people spending a holiday in Pärnu. The primary source material for the work is 45 thematic interviews conducted in the years 1997-1999 with Pärnu inhabitants who provided accommodations to holidayers during Soviet times.
Soviet-era Estonia summer tourism is an area that has seen little research. Above all, research has dealt with institutional development of resorts; unorganized tourism has been relegated to the backdrop. The German historian Christian Noack has studied “wild” tourism at Russia’s Anapa resort on the Black Sea, comparing the experience between organized and unofficial tourism. Instead of tourists, I put local people in the focus. By viewing the operating principles of Soviet-era homestays, I try to make better sense of daily life in a mature socialist system, focusing on behaviour models in conditions of a deficit economy and shining light on hitherto unexplored aspects of the anthropology of tourism.
The infrastructure of Soviet tourism was very medicine-centred, stationary and capital-intensive. After Estonia was annexed by the USSR (1940) work was mounted to reshape the Pärnu resort according to the Soviet worldview. The former Rannahotell and pensions became accommodation units of sanatoria and the buildings were adapted for year-round use. But in parallel to its year-round curative spas, Pärnu also became a popular summer holiday location. Over time the number of rooms in Pärnu’s accommodations establishments increased, but not by much. A large part of the people who came to Pärnu on holiday as independent travellers stayed in local homes.
Pärnu drew people who appreciated the temperate maritime climate, good food, good service and a peaceful environment. Pärnu preserved a relatively cosy resort town ambience even under Soviet rule – no gigantic holiday homes were built, even the sanatoria were not all that large. As such cultural figures as David Oistrakh and David Samoilov liked to spend their summers in Pärnu, the town became very popular among the Moscow and St. Petersburg creative intelligentsia. Many teachers and scholars from colleges and universities, doctors, engineers and schoolteachers travelled to Pärnu on holiday. This was reflected in the interviews, where the subjects repeatedly stressed how intelligent and educated were the people who stayed here. Naturally there were many different kinds of vacationers, but these were the ones who were dominant and became most indelible in the memories of the accommodations providers. The summer tourists, group tourists and sanatorium patrons were portrayed differently in the interviews.
Providing accommodations to summer tourists was an important source of income for many Pärnu residents in the Soviet era. For some of them, it was a matter of subsistence, others tested the boundaries of the system and turned it into a noteworthy source of income for themselves. By renting out a triple room, one could earn the equivalent of a second monthly wage; by renting multiple rooms, even more. In a situation where the state sector was not able to cope with the increasing number of tourists as mass tourism emerged, the authorities came to accept private activity in this sector and established an apartment office for inspecting and regulating the accommodations market (1964). Unfortunately its importance remained limited as social networking played a very large role in finding tourists and accommodations.
Offering seasonal accommodations was one part of the coping strategies employed during the Soviet era. Peace and quiet and privacy are considered very important values for Estonians. It cannot be said that the accommodations providers did not care about their own privacy, but in the name of an additional income source, they made some compromises in this regard. The money they earned was added to the general household budget. People were prepared to make compromises in common areas in order to make their lodgers feel at home; at the same time, they tried to establish certain rules to ensure some degree of privacy for the family. Acquaintances were also struck up with the tourists, which helped families cope in the deficit economy conditions, as with better connections to Moscow and Leningrad, needed things could be ordered. Sometimes lodgers became such good friends that they were no longer charged for their stay.
Offering accommodations service to people from more distant places offered an opportunity to see their own identity and culture from a different angle and in comparison to that of other cultures. Contacts between different people and cultures enriched the city and broadened the horizons of the Pärnu inhabitants. Educated vacationers with an appreciation for the local culture increased the self-concept of the people who provided them with lodging. It is noteworthy that a number of interviewees mentioned that vacationers from different locations abroad were preferred to Estonians.
In connection with Estonia regaining independence and emergent processes in society, the early 1990s saw major changes in connection with summer tourism in Pärnu. The patients and vacationers from the Soviet Union were primarily supplanted by Finns in the years that followed. They did not often stay in private homes, preferring to stay in boarding-houses or to buy summer apartments. Primarily, though, they became the new and main customer base for Pärnu’s sanatoria. Whereas Soviet-era tourists were described in predominantly positive tones in interviews, there was more criticism levelled at new holidayers. In interviews, their necessity from the standpoint of the city’s economic development was acknowledged but there was the realization that Pärnu has turned from a highly regarded holiday locale to a cheap tourist destination. The new tourists were distinguished from the former ones by the lack of a recognized purpose of their holiday. On one hand, the new vacationers were not as highly regarded as Soviet-era holidayers, yet it was acknowledged that the conditions such as they used to exist were no longer good enough for the new crowd.

Резюме Ану Ярс
В статье описываются будни эстонского приморского курорта Пярну в  1960–1980 гг., и это рассматривается с точки зрения владельцев жилья. Основным источником информации работы послужили 45 тематических интервью, проведённых в 1997–99  гг. с пярнусцами, которые в советские годы сдавали своё жильё отдыхающим. 
Жизнь отдыхающих с Эстонии в советский период мало изучена. В первую очередь исследовалось развитие организованного отдыха на курорте, отдых же «дикарём»  задвинут совсем на задний план. Немецкий исследователь Кристьян Ноак (Christian Noack) изучал  отдых «дикарём» на черноморском побережье России, в курорте Анапа, сравнивая опыт организованного и «дикого» туризма.  Я же вместо отдыхающих концентрирую своё внимание на второй стороне – на владельцах жилья. Рассматривая принципы организации домашнего размещения в советский период, я стараюсь лучше понять будни развитого социализма, концентрируясь на узорах поведения в условиях экономического дефицита  и освещая одновременно доселе не исследованные аспекты антропологии туризма.
Инфраструктура туризма советского периода была очень медицино-центричная, стационарная и капиталоёмкая. После присоединения Эстонии к Советскому Союзу  (1940) началось преобразование курорта Пярну по советским представлениям. Гостиница «Ранна» и пансионаты превратились в корпуса размещения  санаториев, и здания были переоборудованы для круглогодичного использования. Однако, параллельно с круглогодичным санаторным курортом, Пярну вновь начал превращаться в популярное место летнего отдыха. Со временем количество койко-мест  в Пярну возросло, однако незначительно.  Большая часть приезжающих на летний отдых в Пярну отдыхающих снимало комнаты у местного населения.
Пярну прельщало тех, кто ценил умеренный морской климат, качественное питание, хорошее обслуживание и спокойное времяпрепровождение. Пярну удавалось сохранить довольно уютную курортную атмосферу и в советских условиях – здесь не возводились гигантские дома отдыха, а санатории не были особо крупными. Так как в Пярну любили проводить летний отдых известные деятели культуры, такие как Давид Ойстрах и Давид Самойлов, то Пярну превратился в очень популярное место отдыха  в среде московской и петербургской творческой интеллигенции. В Пярну съезжались отдыхать многие преподаватели вузов, научные работники, врачи, инженеры и учителя. Это отражалось в интервью, в которых многократно подчёркивалось, насколько интеллигентные и образованные люди здесь останавливались. Естественно, были и другие отдыхающие, однако доминировали и запоминались владельцам жилья именно первые. Снимающие жильё отдыхающие, групповые туристы и лечащиеся в санаториях в интервью представлялись по-разному. 
Размещение отдыхающих в советское время для многих пярнусцев было важным  источником дохода. Для некоторых это было вынужденным для выживания, другие же прощупывали границы дозволенного и делали из этого значительный источник своего дохода. Сдавая комнату на троих, можно было заработать месячную зарплату, при нескольких же комнатах даже несколько зарплат. В условиях, когда государственный сектор был не в состоянии справиться с размещением таких масс отдыхающих, власти мирились с частным предпринимательством на этом поприще и создали бюро (1964) для контролирования и регулирования частного рынка жилья. К сожалению, их значимость была ограничена, так как очень большая часть отдыхающих находили своё жильё иначе, через социальные сети.
Сезонное предоставление жилья являлось одной из стратегий выживания советского периода. Тишину, покой и приватность эстонцы ценят очень высоко. Нельзя сказать, что сдававшие своё жильё были равнодушны к приватности, однако ради дополнительного дохода можно было и поступиться своим покоем и в какой-то степени ограничить себя немного. Заработанные таким образом деньги шли на пополнение общего семейного бюджета.  Ради семьи и дома шли на компромисс, при этом старались всё же обеспечить семье приватность. В лице отдыхающих приобретали знакомства, которые  при дефицитной экономике помогали справляться с проблемами, так как из Москвы и Ленинграда, имеющих лучшее снабжение, можно было что-то заказать. Иногда отдыхающие превращались в таких друзей, что с них уже и денег не брали.
Предоставление услуг по размещению людям, приезжающим издалека, открывало возможность взглянуть на себя и свою культуру со стороны и сравнить. Соприкосновение с разными людьми и культурами обогащало город и расширяло кругозор горожан. Образованные и уважающие местную культуру отдыхающие поднимали и самооценку принимающих их людей. Во многих интервью подчёркивалось, что приезжающих издалека отдыхающих предпочитали эстонцам.
В связи с восстановлением независимости  Эстонии и в связи с происходящими в обществе процессами, в начале 1990-х в проведении летнего отдыха в Пярну произошли существенные перемены. Вместо отдыхающих в госсекторе и «дикарём» из Советского Союза стали прибывать в основном финны.   В домах пярнусцев они останавливались редко, предпочитая пансионаты и даже покупку квартир для летнего отдыха.   В первую очередь они стали новыми и постоянными клиентами пярнуских санаториев. Если отдыхающих советского периода интервьюируемые описывали в основном в положительных тонах, то по отношению к новым отдыхающим интервьюируемые были довольно критичны. Ощущалась необходимость в них с точки зрения развития экономики города, однако констатировалось, что Пярну из ранее высоко ценимого превратилось в дешёвое место отдыха. Новых отдыхающих  характеризует и отсутствие признанной цели приезда – отдыха. С одной стороны, новых отдыхающих не оценивали столь высоко, как отдыхающих советского периода, при этом признавали, что для них отдых как раньше сейчас не был бы достаточно хорошим.