Noored 1950.–1960. aastate Eesti NSV-s

Artikli avamiseks täies mahus vajuta paremas veerus asuvale nupule PDF.

  • Ellen Värv

Abstract

Youth in the Estonian SSR in the 1950s–1960s

Молодежь в Эстонской ССР 1950-1960 годов

The article is aimed at giving an overview of the life of young people in Soviet Estonia during two decades after World War II. The analysis is based on the treatment of sociologist Hilary Pilkington, who, studying youth culture in the Soviet Union, pointed out two main paradigms predominating in Soviet youth discourse: first, youth as constructors of communism and second, youth as victims of Western influence.
The primary source for the article is the answers received in 2004–2005 to the structured questionnaire “Youth Cultures in Soviet Time” drawn up within the framework of a joint project “Strategies and Practices of Everyday Life in Soviet Estonia”, which was carried out by the Chair of Ethnology at Tartu University and the Estonian National Museum, as well as thematic interviews conducted in Tartu. In addition to these, reminiscences of history students of the 1960s interviewed in 1996 were also used. 
For sociologists young age is the period when people develop and mould their character, start making choices and establish their identity. Soviet sociologists ignored the possible existence of a specific “youth culture”, as in equal society everybody enjoyed similar “socialist way of life”. Sociology regarded as young people a specific socio-demographic group with certain general socio-psychological characteristics and value orientations, whose social content was determined by the nature of their social relations. 
The respondents themselves determined their young age in several ways: as the period between childhood and working life, as the period of studies, or the period finished by marriage.
When characterizing the social atmosphere inherent in the era through personal experience, some shorter periods could be distinguished in the youth reminiscences of the era under study: 1) first half of the 1950s beginning from deportation; 2) second half of the 1950s; 3) the 1960s.
Due to the changing political system youth discourse in Soviet Estonia acquired a culturally specific undertone. According to the ruling ideology young people were considered as the main force in making changes and therefore they had to be raised as “determined and devoted fighters for communism”. The paradigm of “youth as constructors of communism” served as the practice of building up a new society – young people were included into the solving of current issues. On the other hand, the paradigm of “youth as victims of Western influence” served as the practice of raising and developing a “new person” – every attempt was made to isolate young people from all the so-called detrimental effects.
Yet, young people themselves went on with their lives. Many things were done spontaneously, without pondering about ideology. By the words of the respondents, the children of the hard early 1950s became adults too fast; yet, on the other hand, they were as big naïve children as the world was closed for them and they knew nothing much about its affairs. During the period of thaw, which started in the second half of the decade, the iron curtain opened a little and some news of the doings of their foreign counterparts reached the Estonian youth. This resulted in imitating western youth culture and the formation of a similar one in Estonia in the 1960s. To avoid the so-called demoralizing result of the western culture, a multi-layer system of ideological control was developed at the same time, where “the thaw often alternated with frost” – it was “the period of changeable climate”.

Резюме Эллен Вярв
В статье  рассматривается жизнь молодежи в Советской Эстонии в два послевоенных десятилетия. В советской риторике молодежь представлялась силой, которой предстоит довести до конца строительство коммунизма. Анализ основывается на теории социолога Хилари Пилкингтона, которая, исследуя молодежную культуру в Советском Союзе, выделила две основные парадигмы, господствующие в советском дискурсе о молодежи: во-первых, молодые как строители коммунизма и, во-вторых, молодые как жертвы влияний запада/западных влияний/ молодые как жертвы влияния западной культуры.
Исследуя молодежную культуру в Советском Союзе, социолог Хилари Пилкингтон выделила две основные парадигмы, господствующие в советском дискурсе о молодежи: во-первых, молодые как строители коммунизма и, во-вторых, молодые как жертвы влияний запада. Исходя из этого, анализируется и эстонская молодежь послевоенного периода.
Основным источником статьи являются ответы, поступившие в 2004 году на структурный вопросник «Молодежные культуры советского периода», составленный в рамках общего проекта Тартуского университета и Эстонского национального музея  «Стратегии и практики повседневной жизни в Советской Эстонии», а также тематические интервью, проведенные осенью 2004 и 2005 годов в городе Тарту. В дополнение к ним были использованы воспоминания студентов-историков 1960-х годов, полученные  в ходе интервью в 1996 году.
Для исследоватей-социологов юность/молодость – это период развития и формирования/оформления личности, когда человек начинает делать  свои выборы и формировать идентитет. Советские социологи отрицали возможность существования какой- либо определенной «молодежной культуры», ибо в обществе всеобщего равенства у всех был и одинаковый «социалистический образ жизни». Под молодыми понималась специфическая социально-демографическая группа со своими конкретными социопсихологическими признаками и ценностными ориентациями, социальное содержание которой обозначалось не молодостью, а лишь характером социальных отношений.
 Сами респонденты свою юность определяют по-разному: это время между детством и началом трудовой жизни,  время  учебы или период, заканчивавшимся замужеством/женитьбой.
Характеризуя общественную атмосферу  того времени через собственные переживания, в воспоминаниях о молодости вырисовываются несколько небольших периодов: 1) начало депортаций - первая половина 1950-х годов; 2) второя половина 1950-х годов; 3) 1960-е годы.
В силу изменившейся политической системы дискурс о молодежи в Советской Эстонии имел специфическую/ий окраску/фон.  Согласно господствующей идеологии, молодые рассматривались как ведущая/основная сила, которой предстоит довести до конца строительство коммунизма, поэтому из них следовало воспитывать «уверенных и достойных борцов за коммунизм». Парадигма «молодые как строители коммунизма» представляла собой практику строительства нового общества, – молодежь была включена в решение повседневных вопросов. Парадигма «молодые как жертвы западных влияний/влияния западной культуры» означала практику воспитывания и формирования «нового человека», - молодых пытались изолировать от всех т.н. вредных воздействий.
Молодые жили своей жизнью. Многое делалось как само собою разумеющееся, не задумываясь об идеологии. В тяжкое время начала пятидесятых годов, по словам информаторов, очень рано становились взрослыми, хотя, с другой стороны, были как наивные большие дети, ибо мир был закрыт и о происходящем в мире / о том, что происходило в мире,/  особо не знали. В период оттепели, начавшийся со второй половины десятилетия, железный занавес чуть приоткрылся, и кое-что, относящееся к жизни своих зарубежных сверстников, дошло до и эстонской молодежи. Это привело к подражанию западной  и оформлению своей молодежной культуры в шестидесятые годы. Одновременно, во избежание т.н. разорительных последствий влияний западной культуры, сложилась многослойная система идеологического контроля, где «оттепель часто замещалась похолоданием» - был «период переменного климата».

Published
2017-11-26